becky_sharpe (becky_sharpe) wrote,
becky_sharpe
becky_sharpe

Category:

Отличная штука про Минаева, рецензия какой-то израильской девушки, найду ее имя - напишу.

Тараканful

Первый тираж романа Сергея Минаева "Духless" был раскуплен в Москве примерно за неделю. Сетевые и розничные книгопродавцы дружно рапортуют о его беспрецедентном рейтинге. В многочисленных отзывах литературных критиков проскальзывают слегка смущенные нотки: бросается в глаза, что свое личное мнение о тексте Минаева критики предпочитают придерживать при себе, зато охотно рассуждают о коммерческом успехе и обильно цитируют читателей. Последние же на эпитеты не скупятся; время от времени тут и там даже проскальзывает слово "гениальный". Есть и такие, что хулят  но где вы видели, чтобы по-настоящему серьезная вещь обходилась без хулы?

Итак   явление. Ну как тут было не поддаться общему психозу? Думаю, покупать я бы все-таки не стала   некоторые признаки ясно указывали, что не стоит тратиться: и упомянутое смущение критиков, и восторженные читательские сравнения (не хуже, мол, САМОЙ Оксаны Робски!), и заявленная тема (текущая коксом и коньяком жизнь московского гламура). Но текст как-то сам собой обнаружился, нарисовался на одном библиотечном сайте  ну и вот   сгрузила, открыла, стала читать.

I. Литература
Начальные страницы "явления" сразу заставили меня вспомнить сборники перлов из школьных сочинений. Как вам, к примеру, такое:

Это место дает тебе возможность выйти из образа собаки, бегущей за подвешенной костью, и войти в человеческое состояние.

Или такое:

Он полностью упивается сидением на облаке собственной победы на этой дуэли.

Не правда ли, прелестно? Кстати, обратите внимание на слово "собственный"   оно еще встретится в дальнейшем. В романе различные его вариации попадаются около сотни раз на полторы сотни страниц. Сначала я удивлялась: ну какой смысл писать "собственная рука" или "собственная нога", или "собственная грудь", а потом поняла. Просто на тему собственности у автора пунктик. "Собственный пунктик", как сказал бы он сам, доверь я ему писать эту рецензию. Но кто ж такое доверит ему, из-под пера которого выползают предложения типа:

Сконцентрировав органы зрения, я идентифицирую ее как свою бывшую сокурсницу Оксану Григорьеву.

Ну что, скажите, может побудить нормального человека написать "сконцентрировав органы зрения" вместо обычного "сфокусировав глаза"? Или соорудить следующую витиеватую конструкцию:

Когда товар пришел, его нужно было реализовывать, чтобы превратить груды набитого генно модифицированным горохом и овощами металла в дензнаки.

Для тех, кто не понял, перевожу. Имеется в виду, что, когда доставили консервные банки с горошком и овощами, их нужно было продать. Таких страшилищ по тексту "романа" разбросано немало. На каждой странице вам может повстречаться ... горе руководитель с лицом, кричащим о надвигающейся катастрофе  или кто еще поужаснее.

Сказать, что русский язык г-на Минаева плох   ничего не сказать. Его русский язык чудовищен. Он просто насилу ворочается, насилуя себя самого в чуть ли не в каждой строчке. При этом, как и всякий полуграмотный графоман, Сергей Минаев свято верит в то, что качество словесных конструкций определяется их замысловатостью. Поэтому он путается в притяжаниях и местоимениях, как пьяный грузчик в такелажных веревках, залезая, то и дело, в такие дебри, из которых его беспомощное перо просто не в состоянии выбраться. Вот вам, навскидку, парочка примеров:

Воистину, не много у нас найдется Матросовых, способных собственной грудью броситься на амбразуру секретариата с гранатой в руках, чтобы оградить весь офис от их хамства, нежелания работать и проблем, вызванных их полнейшей профессиональной непригодностью.

Кто-нибудь может тут разобраться, что к чему относится? "Их хамство и нежелание работать"   это чье? Амбразуры или секретариата?   Вроде бы нет: они-то даны в единственном числе, а "их" все-таки относится к множественному. Тогда остаются Матросовы? Но почему они тогда бросаются грудью на амбразуру?.. Пардон, не просто "грудью", а именно "собственной грудью". Как будто Матросов мог броситься на пресловутую амбразуру чьей-то чужой, например Минаевской грудью

Или такое:

На самом деле свое рабочее время я в основном трачу на чтение подчиненным лекций по повышению их личного рвения (одни и те же фразы, в которых меняются только названия брэндов и текущий год), на их ежедневные избиения за недостаточно высокие продажи и скидывание собственной работы на чужие плечи

Кто здесь кого избивает? Оборот "их избиения" можно понимать двояко. И кто скидывает "собственную работу" (вспоминаете: "собственная грудь"?) - автор или подчиненные?

Интересно, что речь в данном случае идет об уже "приглаженном", то бишь, прошедшем редактуру и коррекцию тексте. Можно только догадываться, каким он был в оригинале  Кстати о редактуре. В первой трети романа концентрация ляпов существенно выше, чем далее, что позволяет сделать заключение о смене редактора. Что же произошло с первым? Застрелился? Попал в дурдом? Умер со смеху?   Б-г весть

Впрочем, время от времени, язык г-на Минаева перестает заплетаться и обретает уверенную четкость:

Ручки, степлеры, скрепки и ластики выдаются не по мере необходимости, а раз в год, согласно акту инвентаризации.

Чувствуете? Совсем другое дело, правда ведь? А все почему?   Потому, что дело знакомое: должностная (или какая там?) инструкция. Тут автор явно чувствует себя, как рыба в воде. Вот и писал бы, болезный, инструкции с протоколами. Зачем лезть с протокольным рылом на минное поле литературной прозы?

Все это стало ясно почти сразу, с первых же страниц, но, тем не менее, я не бросила, а честно дочитала до самой последней точки. Или, если угодно, дошла до точки. Потому что, при всем литературном убожестве автора, "Духless", видимо, все же представляет собой аутентичное описание явления, известного под названием "Московский Гламур", причем описание, данное изнутри, с точки зрения непосредственного участника. Именно этим текст и интересен   своей (говоря по-минаевски) "собственной" документальностью. Представьте себе, что выползший из-под холодильного шкафа таракан вдруг начнет посылать в мир осмысленные сигналы, содержащие описание абсолютно незнакомой вам тараканьей жизни. И пусть его сообщения ужасно бессвязны, слегка нечленораздельны и временами уродливы  но неужели же вам не станет любопытно? Неужели не вслушаетесь? Разве не интересно, как они тусуются, там, под шкафом?

По этому признаку можно было бы сравнить "Духless" с незабвенным "Низшим Пилотажем" Баяна Ширянова, с "Последним поворотом на Бруклин" Юберта Селби или с несколькими замечательными вещами Эдуарда Лимонова (и прежде всего   "Подросток Савенко"). Можно было бы, но я не стану   хотя бы для того, чтобы не ставить упомянутые тексты на одну доску с косноязычным минаевским "документом". Ведь они, эти тексты, помимо своей тараканьей документальности, отмечены еще и несомненной печатью литературного дарования. В то время, как "Духless" - сплошное тараканное мухоедство. Или, как сказал бы г-н Минаев, сплошной собственный таракаnness. В общем, не будем обижать литературу, оставим ее в сторонке - так или иначе, творение г-на Минаева не относится к литературе ровным счетом никак. Будем говорить только о тараканах.

II. Тараканы
Описанная г-ном Минаевым "клубная жизнь" кажется невыносимо скучной. В дополнение к этому, она подрывает здоровье и угнетает душу. Герой Минаева постоянно и непрерывно страдает. От депрессии, от одиночества, от чувства пустоты, от похмелья, от общения с неприятными ему людьми, от работы, которая ему обрыдла  короче, от всего.

Вы скажете: ну, так за чем же дело стало? Бери ноги в руки и - бегом  Ан нет, в том-то вся и беда, что бежать г-ну Минаеву некуда. И не только г-ну Минаеву, но и всем прочим из тех, кто проживает там, под шкафом. Потому что снаружи, не "под шкафом" еще поганее. Потому что все, кто не "под шкафом", наоборот, стремятся пробраться туда изо всех своих тараканьих сил. Потому что это вовсе и не "под шкафом", а, напротив, вершина. Крыша мира. Эверест. Или, точнее, Пик Коммунизма. Потому что оттуда дорога   только вниз. Собственно, для того, чтобы возвестить миру эту очевидную для г-на Минаева истину, и написана данная тараканья исповедь.

Нынешнюю Россию можно было бы назвать "обществом потребления", если бы она до сих пор не находилась в угаре. Представьте себе человека, которого водили всю жизнь на поводке и в ошейнике по бедному колхозному сельпо с полупустыми полками, а потом вдруг отстегнули карабин и впустили в нью-йоркский рождественский универмаг. Бери! Все бери! Все, что унесешь - твое! А ему действительно хочется всего. Всего   и того, что надо, и того, что не надо   главное, чтобы побольше. И вот бедняга хватает, тянет, хапает, загребает обеими руками, и вещи сыпятся у него из охапки, а он наклоняется, чтобы поднять, потому что жалко, и роняет еще, и снова наклоняется, и снова хапает, и опять загребает, и пот льет с него градом, ему плохо, ему тяжело, ему жарко и, главное, совершенно непонятно, отчего же до сих пор еще не наступило счастье, которое, по всем законам, давно должно было оказаться здесь, подмышкой, вместе с сумкой от гуччи, санками с кручи и баней для кучи.

Подобное состояние я и называю "угаром", и, соответственно, одержимую этим угаром страну   "обществом угарного потребления". Я могу посочувствовать герою г-на Минаева   хотя бы, как бывшему соотечественнику. Но если искючить этот мотив, то его тараканьи бега прежде всего смешны. Не так давно я уже исследовала феномен "сбычи мечт" или, говоря языком этой рецензии, феномен "крыши тараканьего мира", когда цель, вроде как, достигнута, мечты сбылись, а счастья всё нет как нет. Да что там счастья   многого-то уже не просят - покоя нет, радости, обычного душевного равновесия

Что тогда остается? - Остается как можно громче уговаривать себя, что жизнь удалась.
А как это делать, если есть отчетливое осознание прямо противоположного результата? Сердцу ведь не только любить, но и радоваться не прикажешь... - А очень просто. Доказательства собственной удачности нужно искать не внутри, в сердце, а вовне, в мире   в обращенных на тебя завистливых взглядах. Уж если они так завидуют, значит, есть чему, не так ли? Со временем эта потребность становится обсессивной. Настойчивая, почти наркотическая зависимость от чужой зависти чувствуется на протяжении всего текста. Минаеву (или его герою  ведь они, судя по всему, не слишком отличаются друг от друга) жизненно необходимо заряжаться этой драгоценной энергией, этим наркотиком - Черт возьми, при всей глупости этого как же приятно находиться в центре внимания!
- но его все равно катастрофически не хватает.

И что тогда? Тогда приходится компенсировать отсутствие этого единственно нужного наркотика другими, суррогатными: кокаином, "экстази", алкоголем. Но и они, как ни крути, не исцеляют. Ведь время от времени остаешься один, вдали от посторонних завистливых глаз, и тут опять накатывает изнутри, из сердца та же самая удушливая гадость, тот адский праздник, который всегда с тобой. Да и даже когда не один, все равно кажется, что зависть какая-то не та, неискренняя, не настоящая, а хочется-то густой, кондовой, от которой дух захватывает и загривок холодит.

В этом случае остается второе средство: сравнительный анализ. Давай-ка докажем самому себе, что и другие не лучше. Именно этим г-н Минаев и занимается самым последовательным образом на протяжении всего своего текста. Сюжет "романа" более чем примитивен; интрига гладка, как мозг обдолбанного московского тусовщика; и, как и в упомянутом мозгу, в ней нет даже одной-единственной извилины. Конец угадывается еще до того, как завязывается завязка. А если точнее, то и завязки-то никакой нету. Да и развития никакого, и развязки. Ну, вошел в дело с друзьями   ну, друзья кинули   ну, ай-я-яй. И все. Точка.

Все остальное в тексте   то самое доказательство от противного, о котором я говорю. Минаев скрупулезно перебирает варианты - куда можно было бы податься от жизни такой? И приходит к выводу, что некуда   везде еще противнее.

Работа?   Исключается. Работа   гадость, леность, обман, принципиальное ничегонеделанье. Помните, на что герой тратит "свое рабочее время"? Посмотрите выше, там все написано. Ну можно ли тут получить хоть какое-нибудь удовлетворение?

Искусство?   Чушь. Видал он это искусство   все эти идиотские перформансы и прочую белиберду:

....всем этим любителям перформансов впариваются все эти срущие художники, писающие поэтессы и поливающие клеем модельеры. Это называется  новым русским искусством , а другого то они и не знают, посему с наслаждением заглатывают весь этот балет психов.

Пусть вас не вводит в заблуждение это многозначительное а другого то они и не знают . Во-первых, нет никакого указания на то, что г-н Минаев или его герой сами не пребывают в числе этих самых "они". Искусство - ничего не поделаешь - несовместимо с угаром. С любым угаром, и угар потребления тут исключением не является.
Во-вторых, даже если представить трудно мне представимое (то есть - автора и героя "Духless", способных понять и принять искусство)   даже если так!   то где же вы прикажете ему это самое искусство потреблять? Тусовка-то предлагает именно вариант "перформансов" и более ничего. Что же тогда, от тусовки отрываться? Ну уж нет

Пока ты в тусовке   она питает тебя энергией. Смысл тусовки в ней же самой. Она   единственная система координат и компас для определения своего местоположения

Как же без этого, вы что  и пусть она такая идиотская:

 приезжаешь на презентацию новой коллекции сумок  Tod's  и видишь всех этих фурий, которые с горящими глазами мечутся, как во время пожара, разбрасывая локтями продавцов и сметая с полок все, что на них выложено

- но как же не приехать-то, вы чё? Чай, презентация, не хрен собачий, такого не пропустишь.

Есть, впрочем, некая идеальная субстанция, которую г-н Минаев именует "духовностью". На нее способны далеко не все тусовщики, а точнее   никто, кроме него самого. Духовностью он занимается с некоей девушкой Юлей, а также с питерским другом Мишкой. Диалоги с Юленькой представлены довольно китчевым сюсюканьем, из которого трудно понять, какую же "духовность" имеет в виду автор. Так или иначе, он очень боится ее потерять. Не Юленьку, то есть, а духовность. Дело в том, что тут можно либо-либо. В том смысле, что имеешь либо духовность, либо Юленьку. Поимел Юленьку - потерял духовность. Вот ведь, блин, как заковыристо у них, у тараканов. Впрочем, все поддается счету и взвешиванию:

Или просто не настал еще один такой прекрасный августовский вечер, когда эмоции перевесят духовность и меня потащит в омут страстей.

Во как, поняли? Весы, значит. На одной чашке   духовность, на другой - эмоции. Перевесили, и   бац!   в омут. Страсть, да и только.

С питерским интеллектуалом Мишкой "духовность" совершается, как и положено, на кухне. Сначала идет разговор о деньгах, затем о деньгах и, наконец, о деньгах. Резюмируя это пестрое многоцветье, "духовный" Мишка глубокомысленно замечает:

.... главное в жизни   понять, где лифт, и научиться им пользоваться. Такая вот простая формула успеха, братан.

Это "духовное" откровение придает герою г-на Минаева новых сил. Но, увы, Мишка   на севере, а г-н Минаев обретается большей частью в Москве. Так что ежедневно к источнику не припадешь   далеко. И опять же, от тусовки отрываться не хочется   а ну как "Гуччи" презентацию устроит?

Когда-то, было дело, искал г-н Минаев духовности и в Интернете. Там его, судя по всему, обидели. Что, в общем, понятно, учитывая уровень минаевского косноязычия, а также и то, что все его гуччи, туччи и сраччи в виртуальном пространстве абсолютно не видны. То есть, искомой зависти не огрести, как ни старайся. С обидчиками автор "Духless" расправляется самым безжалостным образом: он перетаскивает их в "реал". А уж там-то, в "реале", всё, слава Б-гу, путем: стоит лишь хамоватым интернетовским лузерам завидеть минаевские гуччи-сраччи, как они тут же дружно начинают завидовать и просить денег. А он   вона!   тому даеть, а ентому   нет, не даеть. Паки надыть. Или наоборот   в общем, как евонная барская душа захочет и евонное царское плечо раззудится. Чтоб знали свое место, смерды. Вот только с духовностью, блин, незадача получается:

.... увидев всех ужасно выглядевших интернетчиков, стреляющих друг у друга на пиво, увидев этих страшных девок, заваливающих твою почту манящими и высокоинтеллектуальными письмами, всех подростков кибердрочеров, я потерял последний бастион духовности в своей жизни...

Последний, блин, бастион. И, главное, вокруг, как назло, ну ни одного Матросова с "собственной грудью"  И тем не менее

Тем не менее я продолжал периодически заныривать в мир маргинальности, чтобы понять   далеко ли я ушел от его бесперспективняка и дешевого пива и вместе с тем не растерял ли я до конца те простые способности радоваться жизни, еще пребывающие в нем, в мире гламура.

Конечно, г-н Минаев, а как же иначе? Понятное дело, как же не "заныривать"-то? Подзаряжаться-то надо

Так и живем. Но есть кое-что еще, что беспокоит г-на Минаева - помимо мифической "духовности" и неуловимой фата-морганы внешней зависти. И тут уже речь идет о вещах вполне конкретных. Он боится, что все "вернется обратно"   так, по крайней мере, он описывает это сам. В самом, пожалуй, ключевом моменте "романа" герой возвращается из Питера в Москву на поезде. Мог бы и самолетом, но западло: грязны российские аэропланы и небезопасны: эдак недолго и опостылевшей жизни лишиться... Сидит, стало быть, г-н Минаев в вагоне и смотрит на пассажиров. И что же он видит? О ужас!   Он видит, что

  все эти люди бизнеса (а другие не поедут в этом вагоне)   мои сверстники. Или практически мои сверстники. И все они сидят, пьют советский коньяк, почти все заказали на горячее котлету по киевски и теперь наслаждаются магией советского кинематографа. И я ловлю себя на мысли, что если отбросить лежащие у некоторых на коленях ноутбуки, мобильные телефоны, сделать вагон чуть более обшарпанным, а людей слегка переодеть (хотя половина из них и так в серых костюмах отвратительного кроя), то невозможно будет определить текущий год. То ли 2005 й, то ли 1985 й. Все очень похоже. Об этом ли я мечтал, смотря первые американские боевики на видео? О таких ли попутчиках я думал, принимая первые доллары у иностранцев на Арбате в 1989 году? Мог ли я представить, что вся эта серая масса, ходившая тогда по улицам, вернется обратно в один прекрасный момент, причем по собственной воле?

Да, об этом ли мечталось? Он ведь, кстати, не только боевики смотрел и доллары стриг:

.... когда я был в возрасте пятнадцати лет, меня также очень притягивала нацистская символика и униформа в сочетании с гомосексуальной красотой штурмовиков СА

Вот какой он разносторонний и "душный"... или как там?.. "духовитый"?.. а, вспомнила! - "духовный"! Кстати, есть ведь такой американский артист - Духовны, не правда ли? Есть ведь? Вот, наверное, откуда подцепил молодой г-н Минаев это словцо - из "американских боевиков"... В возрасте пятнадцати лет, сидя перед видео в форме штандартенфюрера и поглядывая в зеркало, чтобы полюбоваться собственной гомосексуальной красотой... А может и нет. Не стану выдавать свои догадки за действительность. Несомненно одно: к четвертому десятку героем г-на Минаева духовности накоплено столько, что ее вполне можно реализовывать. Как груды набитого генно модифицированным горохом и овощами металла. Чем, впрочем, г-н Минаев и занялся, издав свой "роман". Жаль, кстати. На горошке все равно зарабатывают больше. Но это так, мысли в сторону. Вернемся к грудам минаевской духовности. Что станется с ними и с самим г-ном Минаевым, когда они окажутся на пути ужасной "серой массы"? Что будет? Ой, что будет? Ой, ратуйте, бабоньки. Ой, отнимут у г-на Минаева тусовку, а куда же он без нее? Кто он без нее? Без нее, родимой, которая

  зона. Срок твоего заключения здесь не известен. Тебя сюда никто не сажал, ты просто сам выбрал свой путь. Обратного не предвидится. Осталось терпеливо ждать, когда истощится твоя физическая оболочка и все остановится.

- Да, действительно. Ужоснах, что и говорить. Но вот как же без этой зоны-то прожить? Ой-ва-авой!
Ну не смешно ли, дорогие друзья? Конечно, смешно. И смешно, и печально.
А вот и вправду   что с ними станется, с этими тараканами? Как вы думаете? Мне вот отчего-то кажется, что это несчастное поколение, 70-ых годов рождения, подняться уже не сможет. Может быть, их и передавят, как опасается г-н Минаев. Но, скорее всего,   сами исчезнут. Без детей и без следа. Испарятся, как плевок. И слава Б-гу.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments