September 17th, 2007

божена

П***да с зубами

Начальство любит, когда про Диму Билана. Только кот из дому, как хвать-похвать, и на полосу пробирается наш звездун. И вот одно мудило принесло статью с билановской вечеринки. Среди прочего был такой пассаж: "Лена, закрыв руками раскрасневшееся лицо, широкооткрытыми глазами поедала любимого".

Кстати, "широко открытыми" так и было написано вместе. Невольно вспомнились солдатские остроты: самое страшное -- это когда у женщины п***да с зубами.

божена

(no subject)

Масе с утра звонят.
Что, - говорят, - делаешь?
- Лениво перегавкиваюсь с Боженой, - отвечает Мася.
***
Мася - мне, после бурной ссоры и сладкого примирения. "Скажи, пожалуйста, ты можешь выяснять отношения спокойным тоном?" Я: "Могу. Но только когда ты мне станешь по барабану. Я кричу, а значит - я люблю. Ну, и наоборот".
***
Через несколько дней Масин неуклюжий язык брякнул лишнего. Я так расстроилась, что даже не смогла устроить разборку. Просто ушла в себя, и сидела там с похоронной рожей. Мася топтался вокруг да около. И к вечеру выдал. "Знаешь, я думал - ужас, когда ты орешь. А оказывается - ужас, это когда ты молчишь".

божена

Жди меня

Мася позвонил с дружеской попойки и затребовал меня домой в срочном порядке. Да еще и таким, генеральским тоном. Типа "Слушай меня внимательно...". Удивилась, мол, эт-то что за новости, но в соответствии с приказом, прибыла через десять минут. Мася - через сорок. Все это время я сидела под дверью и, как кобра, раздувалась злобою.

Мася, как ни в чем не бывало, проследовал в ванну. Вальяжно облокотился на мраморную раковину. Приподнял эдак бровь. И говорит:
-- Как тебе не стыдно? Из-за пяти минут...
-- Прошло сорок!
-- Ну и что? Любящая женщина всю ночь бы ждала!
-- Совсем *&$#%?!!! Нашел себе Сольвейг!

И тут наш Мася поудобнее устроился на раковине, и на полном серьезе, со слезой в голосе, как выдаст!

-- Если я тебе не люб, то так прямо и скажи!

Я уж было собиралась схватиться за ухват. Но как услышала это "если я тебе не люб", все. Купец Самсон Самсоныч в исполнении артиста Царева! Надо навалять пиздюлей, а не могу -- лежу в покатуху. "Не трави мне душу, отпусти меня, коль не люб, прямо сейчас", - продолжает валять Мася языком драматурга Островского. "Пес с тобой, говорю, иди спать, мудило!"