July 14th, 2007

божена

Записки у сенагонья

То, что радует - кряжистые мужчины
Мужчина сложением своим должен непременно напоминать английского бульдога. Внушает любовное почтение, когда шея у него шире головы. Массивное туловище и широкая, как у орловского тяжеловеса спина - так и хочется по ней похлопать! Кисти рук - как ковш бульдозера. И пусть крепкие коротковатые ноги будут немного кривыми - мужчин, как и английских бульдогов, это не портит.

Как досадно, когда мужчина тощ и высок! Шея у него длинная и тонкая, стебелек одуванчика, того и гляди, переломится. Торчащий кадык - ужасно не аппетитно. Грудь у такого мужчины узкая, даже впалая. Покатые плечи тоже нехороши на вид. Руки безволосы, и стоит уронить на них взгляд, немедленно испытаешь сексуальный протест.



А кроме шуток, я ужасно не люблю худых и длинных. Впрочем, худых и коротких тоже не люблю. Шо це за хлопцы - соплей пэрэшибешь! Если бы в мире все было шыворот-навыворот, и женщины бы зарабатывали деньги и тратили их на евростандартных манекенов, а евростандартные манекены бы охотились на олигархесс, то мне **ать было бы решительно некого. Меня воротит от астенической конституции. Признаю только кряжистых, пусть невысоких, но чтобы непременно - берешь в руки, маешь вещь. Мой идеал мужского телосложения, сексуальный тип, если хотите, - английский бульдог. Криволапый, крепкий, коротконогий крепыш. Правило четырех КККК.

божена

(no subject)

Когда мне исполнилось семнадцать, я вернулась из Америки. Пришлось бедной сиротке идти работать. И приходил на мою окаянную работу один мальчик - сын хозяина, лет, наверное, четырнадцати-пятнадцати. Сейчас он превратился в стройного элегантного джентльмена при солидной должности. Красивого, кстати. Слава Богу, пошел на в самого хозяина, а в хозяйскую жену. А тогда это была толстенькая короткая сарделька с огромными коровьими глазищами.

И вот этот пузырь, котлета эта, была ко мне неравнодушен. Как я на это реагировала? А как бабы вообще реагируют на пионерскую любовь? Примерно понятно, как. У него же, похоже, была та самая влюбленость, которая не ищет своего. Он всплескивал ручками в перевязочках и, приглашая окружающих разделить его восторг, рассказывал: "Вы не представляете! ОНА берет колбасу! Колбасу ОНА берет! И греет ее в микроволновке! Колбасу - в микроволновке, представляете?!" Вот так, колбасой, я, по выражению Кундеры, вписалась в его "эмоциональную память".

В эмоциональную память своего "золотца" я вписалась манерой "шопаться". С таким же умилением он говорил: "Ты так потрясающе ходишь по магазинам!" "И что же я такого потрясающего там делаю?" "Ну как, ты поднимаешь вверх левую ручку" - (таки есть у меня такой характерный жест - согнуть локоть и поднять кисть на уровень плеча) - "делаешь так пальчиком" - (а это я поднимаю вверх указательный палец, как бы предостерегая) - "там же люди расслабленно шопаться ходят, слоняются, а ты игнорируешь все "how can I help you" и целенаправленно прешь к намеченной пальчиком вещи. Выдергиваешь ее, значит. И директивно велишь принести нужный размер. И все это с таким видом... А главное - пальчик! Этот приподнятый пальчик!"
Этот пальчик и есть моя эмоциональная прописка в памяти "золотца".

божена

Коза кричала нечеловеческим голосом


Прочла МК. "Как и положено звезде, он напрочь опоздал — на два с половиной часа".

Ратуйте, люди! Напрочь можно забыть, напрочь можно отбить, напрочь можно отказаться. Наконец, можно быть напрочь лишенным чего-нибудь, например, чувства русского языка. Но напрочь опоздать на два часа?!
Может, конечно, это я напрочь не признаю чужую светскую хронику, просто завидую чужому владению велик могучем, и так писать не только можно, но и нужно .... Я напрочь, на хуй, в замешательстве...

божена

И еще любимое из записных книжек Ильфа

На съезд животноводов приехал восьмидесятилетний пастух из Азербайджана. Он вышел на кафедру, посмотрел вокруг и сказал: «Это какой-то дивный сон».

Низменность его натуры выражалась так бурно и открыто, что его можно было даже полюбить за это.

Сторож при морге говорил: «Вы мертвых не бойтесь. Они вам ничего не сделают. Вы бойтесь живых».

Напился так, что уже мог творить различные мелкие чудеса.

Люди нашего круга не умирают с голоду.


божена

Ну, и любимейшее из Ильфа

Все, что вы написали, пишете и еще только можете написать, уже давно напечатано в одесской синодальной типографии

Надо сделать это девизом дневника