June 13th, 2007

божена

(no subject)

Итак, всем привет. Я вернулась с Кинотавра и с питерского форума. Убитая. Измотанная. Больная. Перелет из Сочи в Питер и обратно был транзитным -- подходящего прямого рейса не нашлось. Спала по два-три часа -- то эстонское радио в каюте не затыкалось, то мероприятие заканчивалось в три ночи, а в пять утра выезжать на самолет. Сегодня еле-еле, сжав себя в кулак, отписала форум. Кинотавр и вечеринки будут в воскресенье.
Организован был форум ужасно. Просто ужасающе. Работа с прессой по части ужаса - что-то запредельное. А вот матвиенковские приемы были без дураков хорошими. Такое ощущение, что ребята проработали всю светскую прессу. Взяли на карандаш все ошибки. И сделали грамотно. Виктор Крамер - пиарщики, запомните это имя -- хороший режиссер и хороший евент-мейкер.

Результат перенапряга на работе - авария со ступней. Опухла косточка на левой ноге. Не могу наступить вообще. Острая боль под суставом. Ни в одну туфлю не лезет. Ночью так больно, что не могу спать. И все это перед Англией... Еврейское счастье.

божена

Мартини - молодцы

Хочу сказать большущее спасибо компании Мартини и лично Саше Перепелкину и Любе. Ребята, вы большие профи и умницы. Только из-за вашей блестящей организации я приехала на Кинотавр. И нигде ни с какой компанией я не чувствовала себя так комфортно, как с вами.

Гражданин Перепелкин вообще неземное существо. В 24 года этот человек стал директором по PR крупнейшей компании, и в 24 года это таки THE Карьера и тот редкий, редчайший в российских реалиях случай, когда это заслуженно. Только наличие таких профессионалов примиряет и с дичью питерского форума, и с Заратустрами Трафальгарскими. Спасибо.

божена

(no subject)

Есть у меня одно удивительное качество - доебаться до какой-нибудь херни, запомнить ее и обижаться на эту самую херь всю жизнь. Ранят меня совсем удивительные вещи. И обычные-то люди их не понимают, что уж говорить о мужчинах! Так бывает, воспаляется у меня какая-нибудь крохотная дрянь на роже или на теле и не заживает полгода. А реально глубокие раны и порезы - вот после автокатастрофы, например, - затягиваются за два дня.

Вот, например. Когда-то в Питере меня предал любимый человек. Собственно, с этого и начался мой великий крестовый поход. Дров мы с ним оба наворотили, но он, чесслово, первый начал. Поступал бесчеловечно и жестоко по гамбургскому счету. Но предательство и жестокость я забыла, а вот то, что почти чужих ему Собчак и Цейтлину он в Париже устрицами кормил, а меня, вложившую в него столько сил и труда, даже капустным листиком никогда не угостил, помню всю жизнь.

Только что мы с обидчиком виделись в Питере. Я получила полную сатисфакцию, - услышала, что никого лучше меня у него не было. Выговорила ему все обиды. Причем, довольно равнодушно выговорила. Но когда вспоминала про устрицы, у меня дрожала нижняя губа. Я прикусила ее, чтобы не зареветь, ей-Богу.

"Ну ты и злая, - поразился былой обидчик, - столько лет прошло, а ты каких-то несчастных устриц помнишь! Как такое можно помнить! Забудь ты, и все. Просто "фогет ит".

Я не забуду никогда. Точно говорю. На том свете встретимся, - подползу и зареву: "Эх ты, Ульяшу устрицей кормил, а она как звать тебя не помнит. А мне капустный лист пожалел!"