March 5th, 2007

божена

Кровавая распиздовка с представительницей клана "жописов"

Collapse )

Приглашение на презентацию гласило, что оригинальная идея открыть бистро посетила голову Федора Бондарчука. И это мероприятие еще раз доказало высочайший профессионализм организаторов - PR-артели Светланы Бондарчук. Наc даже уличили в фальсификации приглашения, - в свободное от печатанья долларов время журналисты "Известий" подделывают конверты на вечера к родственникам советских классиков. В этом  пришлось сознаться обозревателю Божене Рынска. 

Если идея чего-нибудь открыть придет в голову Федору Бондарчуку, то PR-сопровождение обязательно будет от его супруги и ее подруги детства. Это дань, которую ресторатор-инвестор, (то есть тот, кто оригинальные идеи оплачивает), платит судьбе.  

И дальше - о моем конфликте со Светой Бондарчук читайте под катом.

божена

(no subject)

Из смс переписки с настоящей аристократкой Леди Ириной.

Леди Ирина: "Спасибо за статьи, с утра прочла - повеселилась. Но сердце еврейской матери побаливает. Не слишком ли много врагов наживает себе светский обозреватель? Хочется запричитать, как над своими барышнями: "Осторожно! Осторожно!""
Я: "Увы, у меня нет ни еврейской, ни какой-либо другой матери. Причитать решительно некому. Вот и хожу по острию".
Леди Ирина: "С другой стороны, матери нет, так и послать не к кому..."

божена

(no subject)

Рассуждаем о спине. Ренардина говори, что хорошо носит спину в корсете. Дык, говорю, в корсете-то кто угодно хорошо носит.

"Без очков-то кто угодно залезет" (с) Татьяна Толстая о йоге, залезающем в ящик на передаче "Минута славы".

В Монако пробовала приноровится к корсету. Надо было поносить какое-то время чисто из медицинских показаний. Да и корсет-то был не страшный, не жесткий. Так, просто фиксация спины сильной прорезиненой тканью. Что я вам скажу... Первый обратил внимание еще в Москве фотограф Левитин. Во глаз у чувака! Неспроста все это все, а Левитин это Левитин. Тыкнул в бок, какая ты, говорит, сбитая стала.

Остальные дядечки в чем фишка не секли, но feed-back был хороший. Я же жуткая подлиза. Дружу в Монако со всеми полицейскими арондисмана. И чуть что, лезу к ним с вопросами. И вот тут надо было вызвать мне такси. Мы еще тогда не получили одну важную бумажку на машину у контроль текник, и лишний раз гонять шофера я боялась. От дома такси не вызывалось - не хотят монегаски ехать в Cap d'Ail. Номера нашего капдайского таксюшника я не знаю, а монакское такси давать мне его отказалось. Пришлось переть в горку, на границу Монако и Кап Дая, там уже брать их монакское. Попросила полисмена на границе вызвать мне машину. Пока такси ехало, подружились.

"Вы, наверно, танцовщица", - спрашивает полисмен... Уж за кого-кого, но за танцовщицу меня никогда еще не принимали. Скорее, за оперную певицу или сватью бабу Бабариху. А тут я очень сильно похудела, плюс корсет дал правильную спину, вот такое точеное впечатление и создалось. "Нет, - говорю, - журналист". Сильно удивился. Еще раз посмотрел. Видимо, и во Франции все привыкли, что рядовой журналист это такой ДБД-золушонок.... Потом, чтобы не наводить полисмена на подозрения, сказала, что из глам-журнала. Тогда у него все сошлось. Дядечка просиял.

Да, так вот о корсете. К вечеру возвращалась домой убитая, так тяжело ходить даже чуточку утянутой. Скидывала самый мягкий из возможных корсетов, дорогой, медицинский, дышащий и была счастлива, от этой паскуды избавилась. Вспоминала, как в воспоминаниях Водовозовой "История одного детства" делались корсеты с китовым усом. Чехова вспоминала: "Она была барышня приличная, без корсета не ходила". Только теперь поняла, какая это тяжелая работа, корсет носить. Как они, бедолаги, мучались. Хотя, конечно, красиво, что говорить.