becky_sharpe (becky_sharpe) wrote,
becky_sharpe
becky_sharpe

Categories:

Подружка Лапусик и мое с ней знакомство

 Подъезжала к "Причалу", как меня обогнал здоровенный, почти как ЗИМ Bently. На шоферском месте сидела  сухая высокая дама и щурилась на закат. Правой рукой она курила, а левой небрежно поруливала.
На деревянных мосточках уже рассаживался оркестр. Кого? Ну, Башмета, ясен пень. Места с краю уже заняты, приходится залезать в середину. Сажусь. И оказываюсь прямо с той самой интересной женщиной из Bently. Кстати, еще на коктейле я успела украдкой ее рассмотреть и разбить на слагаемые породистости. Итак: песочные бриджи. Белая рубаха. Все очень простое, но очень элегантное. В руках горчичная, сложного цвета Kelly. И это даже круче крокодиловой Birkin. Последняя есть у всех, и носятся с ней девушки как с писаной торбой. Сидит какая-нибудь счастливая обладательница в Vogue Café и сумочку свою рядом ставит, замочком наружу, чтобы все видели. Держит на ней круг внимания. Все время проверяет, на месте ли она. И так гордо отвечает «да», когда кто-то, наконец, обращает внимание: «О, Биркин!»
Дама же обходилась со своим раритетом так легко и небрежно, будто у нее этих Kelly - пучок на пятачок, двадцати оттенков. Ну, Келли, подумаешь большое дело. И еще глаз мой выхватил: как ровно она держит голову! Даже чуток запрокидывает назад. Так, смотрим дальше. Развернутые плечи. Натуральный загар. В ушах - крупные бриллианты без огранки. Туфли – балетки. Волосы уложены, но не намертво, свободно выбиваются из узла. Окрас сложный, в несколько оттенков. Так, формула налета дороговизны уже где-то близко. И скоро я ее выведу….
Пока я сканировала гостей, речь держал президент какой-то часовой компании. «Да, французов без регламента выпускать к микрофону нельзя!», - негромко, но очень отчетливо проговорила дама. «Bovet производит часы не для того, чтобы производить», - сказал француз. «Ну, ясен пень, для того, чтобы продавать!», - согласилась соседка. Передний ряд прыснул. Вот, думаю, класс. Знать бы еще, кто это. Судя по автомобилю, какая-то олигархесса-light. Начинаю рыться в своей торбе – после сумки дамы по-другому мою кожгалантерею и не назовешь. Ну, конечно, - ручки нет! Поворачиваюсь к соседу, здоровому седоватому молодцу в кашемировом свитере: «Простите, у вас не будет ручки?»
«Ну откуда у него – ручка? У этого мужчины на лбу написано: де-нь-ги. У него есть деньги. А ручки у него нет. Это по другой части мужик», - довольно громко заявляет моя соседка. 
«Да, - улыбнулся мужчина «по другой части», - ручки у меня, к сожалению, нет». 
«Еще бы она у вас была! Ручка есть вон у того, смотри, в крайнем ряду, задрота такая», - так же отчетливо говорит моя соседка и указывает на худого сутулого юношу с впалой грудью и длинным хвостиком. «И я даже представляю себе эту ручку», - продолжает она.
Тут на нас начали оборачиваться любители прекрасного с переднего ряда, мол, нельзя ли на тон потише. В ответ дама сделала "морду кирпичом". А я стала пробираться к указанному «ботанику». Шепотом прошу ручку или карандашик. И тут же получаю школьную пишущую принадлежность с замусоленным кончиком. 
Торжественно несу свой трофей на место. И слышу соседкин комментарий: «О! А вот и паркер! Я же ж говорила!». 
            Ряды наших кресел стояли берегу Москвы реки. Плавучая сцена перед ними была сконструирована из военных понтонов. И оркестр как бы завис над водой. Дело было к закату. И, естественно, над музыкантами завис рой мошки. Ну, как могли организаторы не предвидеть такую поганку?
             Лилась сороковая симфония. И все это время комары наслаждались великолепным симфоническим оркестром Москвы: скрипачами, виолончелистами, контрабасом и духовыми. Оркестранты не могли их согнать. Кровососы безнаказанно присаживались на шеи, лбы, руки и неторопливо питались. Экраны по бокам зачем-то показывали все это крупным планом. Зрители хватались за сердце.
Ошалев от халявы, рублевские комары спец сигналом ли, телепатией ли, пригласили родственников и знакомых. Не исключено, что с Новой Риги. Лучи софита высветили надвигающуюся тучу мошки. И тут уже начало доставаться и всем нам.
Смешная тетка закурила. Мужчины с переднего ряда обернулись и изобразили бровями что-то вроде: женщина, вы на концерте, а не в баре. Тут же послышалось: «Думаете, мне хочется курить? Да я сигареты терпеть не могу. Это мы вас от комаров обкуриваем. Счет пришлем потом».
Экраны дали крупный план дирижера Башмета. На лбу его восседал здоровый кровосос типа слепня. Около головы, высматривая место под посадку, роилось еще несколько. Уже согревшаяся коньяком тетка из заднего ряда  издала вопль: «Господи, бедный, как мне его жалко!».
И опять у моей соседки вылетел Цицерон: «Вы все делаете неправильно! Мужчин не надо жалеть, ими надо восторгаться! И потом, он так трясется, кто его укусит?!».
- Ну, не знаю, я вот на даче тоже так трясусь, и все равно приезжаю с фингалом.
- Мадам, поверьте это не от комаров!
Вот так тетка, думаю! Открывает рот - Бабель с Зощенко отдыхают. Вылитая Марья Абросимова из «Анны Карениной». Может, она самостоятельная богачиха? Свой бизнес? Уж больно не похожа на всех типовых жен, даже из прошлой, жизни наших богачей. Вот состарюсь и сама стану такой теткой. Циничной, языкастой, сухой и с прищуром. 
 
Комары лютовали. Я вспомнила что-то  из Некрасова: «Рой насекомых над ней извивается, жалит, щекочет, жужжит». Соседка вылила на голые ноги оставшийся коньяк. Остальные дамы переглянулись и сделали так же. Причем одна из них кокетливо заметила: «Ох, мужу понравится!» «Не забудь приготовить закусь!» - ответила «Марья Абросимова».
Музыка закончилась. Слава Богу, Моцарт не Вагнер, - можно взять себя в руки и дослушать до конца. И мы пошли внутрь ресторана. Стартовал аукцион коров.
....Подъехавший Иосиф Иванович углядел в углу маленькую коровку – уменьшенную копию главных лотов - сиротливо взирающую на разрисованных великанш-сородичей, схватил ее на руки и принялся нянчить.
Рядом с моей «Марьей Авросимовой» возник мужчина в светлом свитере, крепенький, ниже ее на две головы. Лицо нахальное. И насколько она сухая и острая – прищур, тонкие губы, настолько он – весь какой-то кругленький. Голубые плошки-глаза, круглые щечки, кругленький животик, строго как половина мяча и курносый нос. Дама обернулась ко мне и распорядилась: «Пойди к организаторам, спроси, сколько вон та, маленькая рогатая стоит. Хочу купить». Причем обратилась она ко мне на ты. И так, будто сто лет меня знает.
«Жена хочет корову, - повернулся ко мне мужчина, - так надо покупать. Лично я считаю - на жену жалеть нельзя. Хочет корову – ну, на здоровье. Что она там стоит, эта корова. Я в Америке как свои первые сто штук заработал, сразу побежал в Шопар Симе браслетку с бриллиантами – вот такими – покупать. Она мне говорит – Вася, ты что, нам же жить не где, а ты шопары покупаешь. Я говорю, слушай, Лапусик, я могу без необходимого. Я без лишнего не могу. Пусть инженеры всю жизнь на квартиру копят. А у меня так – я сегодня куплю шопар, а завтра дом на юге Франции. Не важно, сколько у тебя есть, но если живешь, как миллионер, так ты им станешь. Мне еще до эмиграции, на зоне еще один вор хорошо сказал….»
Дослушать монолог мне не дал вертлявый и ужасно лицемерный педик. Обычно на светском рауте водится два-три таких приживала. Он вьюнком обернулся вокруг меня, манерно приобнял и зашелестел в ухо: «Дорогая, кто это?». Мужик с шопарами и коровой брезгливо посмотрел на него и демонстративно отвернулся. Но не успела я склочно шепнуть в ответ: «Кто организатор, ты или я? Кто должен знать каждого випа в лицо?», как возникшая «Марья Абросимова» громко ответила: «Тетка ейная» и, уперев руки в боки, рявнула на меня: «Так, ты еще здесь? А про корову кто мне обещал узнать – Пушкин?».
Я от удивления отправилась прицениваться к маленькой корове. Следом, извиваясь, бежал любопытный педик и расхваливал моих «тетку с дядькой». Все это было странно. Как пишут – «в высшей степени». Вот не успела заиметь видную родню с Бентли, как все начинают прогибаться.
Я выторговала маленькую коровку. Сима пообещала хранить сделку в тайне. Но уже через десять минут на веранде раздалось прокуренное контральто: «Внимание, альтернативный аукцион! Кто хочет «помацать» мою корову за сисечку - пять долларов в пользу детей! За правую - пять, за левую - десять!». «Сима, - раздался голос, чиновника, приписывают владение Смоленским Пассажем, - ну почему вдруг левая - и десять?» «Потому что ближе к сердцу!». Коровка пошла по кругу. За полчаса ее «намацали» на две тысячи долларов. И отдали их на детей.
 Лапусик ехала быстро. Муж Вася стал тыкать какие-то кнопки на двери. Потом попытался придавить окно ладонью.  
- Лапусик, а что с окном? Оно не закрывается!
- Так, только не надо трогать!
- То есть, как это - не надо трогать?! Ну закрой его сама тогда. Мне дует. 
- Оно не закрывается, потому что ты его трогал.
- Так может, руль тоже не надо трогать – а то он не повернется? Колесо, может, тоже отвалится если мы потрогаем?! Ну-ка расскажите нам о своей машине подробнее! , - требует Вася.
 Лапусик не отвечает.
«Ну ты посмотри, - негодует Вася, - Бентли, …ать его в рот! Это не Бентли….хуентли…, а телега колхозная! Только с сервиса забрали, пять метров проехали, так окно не открывается!»
               «Бентли покупают не чтобы ездить, а чтобы ремонтировать», - Лапусик.
               "Так он же все время ломается. !"
                "Хуй с ним - пусть ломается. Бентли берут не для того, что бы ездить, а чтобы  все  видели: у  меня есть бентли".  
«Жена хочет корову, - повернулся ко мне мужчина, - так надо покупать. Лично я считаю - на жену жалеть нельзя. Хочет корову – ну, на здоровье. Что она там стоит, эта корова. Я в Америке как свои первые сто штук заработал, сразу побежал в Шопар Симе браслетку с бриллиантами – от такущими – покупать. Она мне говорит – Вася, ты что, нам же жить не где, а ты шопары покупаешь. Я говорю, слушай, Лапусик, я могу без необходимого. Я без лишнего не могу. Пусть инженеры всю жизнь на квартиру копят. А у меня так – я сегодня куплю шопар, а завтра дом на юге Франции. Не важно, сколько у тебя есть, но если живешь, как миллионер, так ты им станешь. Мне еще до эмиграции, на зоне еще один вор хорошо сказал….»
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments