И еще - второй любимый отрывок из классики. Войдя в свой кабинет, Пьер затворил дверь и обратился к Анатолю, не глядя на него. -- Вы обещали графине Ростовой жениться на ней и хотели увезти ее? -- Мой милый, -- отвечал Анатоль по-французски (как и шел весь разговор), я не считаю себя обязанным отвечать на допросы, делаемые в таком тоне. Лицо Пьера, и прежде бледное, исказилось бешенством. Он схватил своей большой рукой Анатоля за воротник мундира и стал трясти из стороны в сторону до тех пор, пока лицо Анатоля не приняло достаточное выражение испуга. -- Когда я говорю, что мне надо говорить с вами... -- повторял Пьер. -- Ну что, это глупо. А? -- сказал Анатоль, ощупывая оторванную с сукном пуговицу воротника. -- Вы негодяй и мерзавец, и не знаю, что меня воздерживает от удовольствия разможжить вам голову вот этим, -- говорил Пьер, -- выражаясь так искусственно потому, что он говорил по-французски. Он взял в руку тяжелое пресспапье и угрожающе поднял и тотчас же торопливо положил его на место. -- Обещали вы ей жениться? -- Я, я, я не думал; впрочем я никогда не обещался, потому что... Пьер перебил его. -- Есть у вас письма ее? Есть у вас письма? -- повторял Пьер, подвигаясь к Анатолю. Анатоль взглянул на него и тотчас же, засунув руку в карман, достал бумажник. Пьер взял подаваемое ему письмо и оттолкнув стоявший на дороге стол повалился на диван. -- Je ne serai pas violent, ne craignez rien, 38 -- сказал Пьер, отвечая на испуганный жест Анатоля. -- Письма -- раз, -- сказал Пьер, как будто повторяя урок для самого себя. -- Второе, -- после минутного молчания продолжал он, опять вставая и начиная ходить, -- вы завтра должны уехать из Москвы. -- Но как же я могу... -- Третье, -- не слушая его, продолжал Пьер, -- вы никогда ни слова не должны говорить о том, что было между вами и графиней. Этого, я знаю, я не могу запретить вам, но ежели в вас есть искра совести... -- Пьер несколько раз молча прошел по комнате. Анатоль сидел у стола и нахмурившись кусал себе губы. -- Вы не можете не понять наконец, что кроме вашего удовольствия есть счастье, спокойствие других людей, что вы губите целую жизнь из того, что вам хочется веселиться. Забавляйтесь с женщинами подобными моей супруге -- с этими вы в своем праве, они знают, чего вы хотите от них. Они вооружены против вас тем же опытом разврата; но обещать девушке жениться на ней... обмануть, украсть... Как вы не понимаете, что это так же подло, как прибить старика или ребенка!... Пьер замолчал и взглянул на Анатоля уже не гневным, но вопросительным взглядом. -- Этого я не знаю. А? -- сказал Анатоль, ободряясь по мере того, как Пьер преодолевал свой гнев. -- Этого я не знаю и знать не хочу, -- сказал он, не глядя на Пьера и с легким дрожанием нижней челюсти, -- но вы сказали мне такие слова: подло и тому подобное, которые я comme un homme d'honneur 39 никому не позволю. Пьер с удивлением посмотрел на него, не в силах понять, чего ему было нужно. -- Хотя это и было с глазу на глаз, -- продолжал Анатоль, -- но я не могу... -- Что ж, вам нужно удовлетворение? -- насмешливо сказал Пьер. -- По крайней мере вы можете взять назад свои слова. А? Ежели вы хотите, чтоб я исполнил ваши желанья. А? -- Беру, беру назад, -- проговорил Пьер и прошу вас извинить меня. Пьер взглянул невольно на оторванную пуговицу. -- И денег, ежели вам нужно на дорогу. -- Анатоль улыбнулся. Это выражение робкой и подлой улыбки, знакомой ему по жене, взорвало Пьера. -- О, подлая, бессердечная порода! -- проговорил он и вышел из комнаты.