becky_sharpe (becky_sharpe) wrote,
becky_sharpe
becky_sharpe

Categories:

из любимой книги

....Вошедшая в комнату мама весело смеется над моей простотой. Но фрейлейн Эмма даже глазом не моргает, бровью не шевелит. Ей ничего не смешно - ящик, заколоченный ящик, а не человек!

Но вот через несколько дней ящик спрашивает меня во время урока:

- Скажи-ка, когда ты написала в диктовке двадцать раз слово "пукт", ты сделала это нарочно?

Глаза фрейлейн Эммы смотрят на меня из ящика, как пробочники,- они сверлят меня насквозь.

- Нет, я это сделала не нарочно. Я не знала слово "пунктум" и написала "пукт": мне так послышалось.
Пробочники продолжают сверлить меня:

- Ты говоришь правду?
Тут я обижаюсь:
- Я всегда говорю правду!
- А ты знаешь, что такое "правда"? Еще новое дело! Знаю ли я, что такое правда!
- Конечно, знаю. Правда - это когда говорят то, что есть, а неправда - это когда выдумывают из головы...
- Нет! - протестует ящик.- Такая правда - очень маленькая правда. Ее можно носить в кармане, как носовой платок. А настоящая правда - как солнце!.. Посмотри!

И повелительным жестом фрейлейн Эмма показывает мне на небо за окном. Небо в больших белых облаках, облепляющих солнце, как куски пышного теста. Вот они совсем закрыли солнце, как тесто скрывает начинку вареника, но тут же в облачном тесте открывается дырочка, и солнечный луч проливается из нее, как капелька сверкающего варенья. Еще минута - и солнце выплывает из облаков, словно отметая их прочь.

- Вот правда! Ее нельзя скрыть - она прорвется сквозь все покровы! Она проест железо, как кислота! Она уничтожит, она сожжет все, что посмеет стать на ее пути!.. Вот что такое правда! Батюшки! Куда девался заколоченный ящик? Он раскрывается - глаза фрейлейн Эммы сверкают, они уже не тускло-серые, а карие.

- Сейчас я расскажу тебе про Ивиковых журавлей. Это баллада Шиллера... Слушай! И я слушаю.

- В Греции жил поэт Ивик, чудный поэт, его все любили. Но однажды в глухом лесу, где не было ни одного человека - запомни: ни одного человека! - на Ивика напали убийцы. Раненый, умирающий Ивик услыхал, как в небе кричат журавли, и позвал их: Вы, журавли под небесами, Я вас в свидетели зову! Да грянет, привлеченный вами, Зевесов гром на их главу! ("А Зевес был у греков самый первый, самый главный бог",- поясняет попутно фрейлейн Эмма.) - Ивика убили, и люди вскоре нашли его труп,- продолжает она рассказывать.- Никто не видел, не слыхал, как его убивали, никто этого не знал, никто не мог назвать убийц. Казалось, правда навеки схоронена в лесу... Но вот на большом народном празднике, куда стеклись отовсюду тысячи людей, над головами толпы проплыли стаи журавлей. И какой-то человек шутливо подмигнул своему спутнику: "Видишь? Ивиковы журавли!" Кто-то из стоявших рядом услыхал имя любимого поэта Ивика. "Ивик! Почему Ивик? Кто назвал это имя?" И у всех мелькнула мысль: "Эти люди что-то знают об убийстве. Задержите их! Допросите их!" К суду, и тот, кто молвил слово, И тот, кем он внимаем был! Убийц схватили, их привели к судьям. И тщетный плач был их ответом: И смерть была им приговор. Видишь? Правда не осталась скрытой в лесу,- говорит фрейлейн Эмма радостно, с торжеством. И голос у нее уже не скрипит, а звенит, и руку она красиво, мягко подняла вверх.- Правда прилетела на журавлиных крыльях, журавли пропели людям правду, и в ней сознался нечаянно сам убийца! Вот что такое правда!

Несколько секунд фрейлейн Эмма молчит, а я смотрю на нее с удивлением, почти с восхищением. В заколоченном ящике оказался человек, живой, правдолюбивый и, наверно, хороший!.. Но тут же фрейлейн Эмма гасит свет в своих глазах - они уже не карие, а свинцово-серые, как шляпки гвоздей, которыми заколочен ящик. Мне даже кажется, что я слышу щелканье захлопнутой крышки...
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment